Вторник 29 сентября 2020

Наши Публикации
Новости МИД Украины
Новости Дипмисий

Василий Волга: Антологической основой существования немцев является их истинная имперскость
Украина
Интервью
Автор статьи: Аурагх Рамдан
Время публикации: Вторник 01 сентября 2020 || 14:06
Левая идея остается актуальной для современного общества, особенно в условиях ухудшения социально-экономических стандартов жизни людей на фоне всеобщего засилья коррупции и разгосударствления.
Для обсуждения этой важной темы мы пригласили председателя партии «Союз Левых Сил» в Украине Волгу Василия Александровича.
С ним мы подробно остановились на исторических моментах этой тематики, а также коснулись будущих цивилизационных конфигураций в регионе – континентальной Европе.
Самая ключевая мысль, которая звучала в ответах нашего гостя – это то, что в славянском мире, как православие, так и ислам, не мешая друг другу, могут гибко и бесконфликтно сосуществовать и стать той нужной духовной платформой для укрепления Государства.
Мы предлагаем Вам развернутое интервью с нашим компетентным собеседником:


Что происходит с левой идеей в условиях возросших аппетитов транснациональных сил и деградации духовных и нравственных ценностей?

Сначала вы спрашиваете о влиянии транснациональных корпораций и мирового капитала, да и национального олигархата в принципе, то есть, что происходит с левой идеей в этих условиях?
И второй вопрос: массовая ценностная и интеллектуальная деградация, которая происходит не только в Украине, а по всему миру.
Я бы на первое место поставил деградацию. Если бы эта ценностная деградация не происходила, то есть, сохранялась способность критически осмыслять окружающую тебя действительность хотя бы на уровне начала ХХ века, или его середины, если бы уровень самосознания сохранялся на таком уровне, если бы частное, а значит и коллективное самосознание было в состоянии оценить свое положение и оценить, в чем их интерес, то никакие бы транснациональные корпорации, никакие СМИ, никакие системные действия, направленные против простого человека, не возымели бы своего действия.
Сегодня мы наблюдаем совершенно уникальное явление, когда «левых» на Украине практически нет, нас разрушили полностью, причем, под аплодисменты народа, что очень важно. Нас разрушили не какие-то радикальные националистические силы, или президент Порошенко, не те люди, которые принимали решение по запрету Компартии, которые принимали решение о разрушении левых сил, ведь мы до сих пор находимся в судах и не можем начать своей публичной деятельности — это не они с нами справились.
С нами справился народ Украины, который очередные выборы борется за то, чтобы выбрать себе либо любимого хозяина-олигарха, либо его представителя. Соответственно, для нас в данной ситуации вести работу и рассчитывать на какой-то отзвук в душах наших сограждан почти невозможно.

Дело в том, что по своему менталитету украинец – человек села, хозяйственник, сторонник частной собственности, который исторически привязан к своей земле. Поэтому демарш украинца, насмотревшегося на поведение коммунистической номенклатуры и тех, кто называл себя носителем левой идеи или «коммунистической доктрины» говорит о том, что украинцы не хотели «наступать на те же грабли». Еще следует учитывать серьезный наплыв информационных технологий и то, что в Украине СМИ находятся в руках олигархата, который искусно выставляет левую идею в канву авторитарных деспотических режимов, которые против свободы, в том числе и рыночных отношений. Все это в мышлении украинских граждан интерпретируется в идею о том, что его хотят лишить возможности заниматься собственным хозяйством. Я это так понимаю?

Наверное, это мне в пору у вас интервью брать, потому что вы все говорите правильно. Да, очень ощущается ментальное влияние, особенно я это почувствовал после того, как восстал Донбасс против националистического государственного переворота, когда к России отошел Крым. Мы потеряли наши «рабочие» районы, мы потеряли те части Украины, где больше всего проявлялась солидаризация, где существуют большие рабочие коллективы, где люди понимают значение выражение «товарищеского локтя», или «коллективный труд ради общего блага» – это та самая масса людей, которые готовы трудиться не ради «себя любимого», не ради мещанского и мелкобуржуазного кайфа, не ради распространившихся сегодня фантазий об успешном человеке.



В этом я с вами согласен. Но, не смотря на то, что менталитет в данной ситуации является ключевой основой в том, какое направление движения выбирают народы, общественное мнение имеет свой определенный временной лаг возврата на круги своя. То есть, проходит определенный срок, когда то самое отрицание отрицания о себе заявляет, и это время, конечно же, еще не пришло. Более того, думая об этом, мы можем пережить полное разрушение Украины пока это время настанет, но если каким-то образом и Божьей милостью Украина будет сохранена хотя бы в тех масштабах, которые мы имеем сегодня, правда еще несколько регионов уже сделали заявку о том, что они хотят выйти из Украины, но, если эти сепаратистские настроения удастся как-то нивелировать, если украинская власть «включит мозги» и покажет хоть один вектор в своей деятельности, который направлен не на разрушение, а на созидание, и Украина просуществует еще хотя бы лет 10, то в этот период и начнется возвращение весомой части граждан Украины к идеям социальной справедливости, возвращение к социалистическим (социальным) идеям на основе христианских ценностей. То есть, когда извращенные ценности, уничтожающие сегодня человеческие души, человеческие сообщества начнут уходить, тогда появится та площадка, на которой левые смогут о себе заявить, а пока им сложно это сделать по той причине, что народ о левых сегодня слышать не хочет.

Я думаю, сегодня самым популярным является трэнд капитализма, зарабатывания денег, отход от традиционных институтов, унаследованных в духовной и общественно-политической сферах. Олигархов не интересует судьба людей, не интересует судьба страны, территорией которой они готовы пожертвовать ради сохранения своих активов. Я считаю возрождение социалистической этики, или доктрины, станет фундаментом для сохранения страны и защиты от сепаратистских тенденций. Чтобы Украина сохранилась, надо возродить левые тенденции, как политические, так и публичные, чтобы они были представлены на уровне представительской и законодательной власти. Как вы думаете?

С вами неинтересно делать интервью, наши взгляды очень совпадают. Мне нечего возразить в данной ситуации. Превосходная мысль, которую вы высказали, стоит отдельной статьи, о том, что именно возвращение к социалистическим ценностям спасет страну от дальнейшего развала. Украина в сегодняшнем ее виде «сшита» из кусков разных ментальностей, и если индивидуализм включается, как основной трэнд, то нечего (нечему) удивляться, если разные ментальности разных групп заявляют о желании индивидуализироваться от общего.
Харьковчане представляют из себя одну общность, львовяне — другую общность, у львовян сейчас появился такой «рупор», некий Дроздов, который активно выступает за отделение Львова от остальной Украины и львовяне активно на это реагируют позитивным образом. Остальных украинцев они называют «быдлом» и «рабами», которых не перевоспитать. Если в обществе господствует трэнд «единоличника», «отделения», общественного эгоизма, то чего удивляться, если целые кластеры отделяются от общего, и это будет продолжаться. Ваша мысль о необходимости философского осмысления и возвращения к социалистическим христианским ценностям, ценностям христианского социализма, которые сегодня я исповедую, это крайне необходимо, чтобы спасти страну от дальнейшего развала. Наши оппоненты приводят нам в пример США, говоря, что эта страна построена индивидуализмом, но, как говорится, «то, что русскому хорошо, то немцу – смерть». Само государство США на протяжение почти 400 лет формировалось индивидуалистами, которые бежали туда и захватывали там что-то. На сегодняшний день США — это колониальное государство, которое эксплуатирует при помощи военной силы весь мир, обеспечивая у себя высокий уровень жизни и потребления. У нас свой путь, и если Бог даст, народ в своем едином блуждании по этому кругу придет к отрицанию этих ценностей, которые нам совершенно не присущи, и вернется к коллективизму, вернется к труду на общее благо, к тому, что высшей общественной ценностью будет служение своему народу, своему государству, своему ближнему.

Вы упомянули концепцию христианского социализма, необходимую для того, чтобы как-то соединить исторические части украинского общества. Что касается христианской составляющей, вы за возрождение православных ценностей или за поликонфессионализм? То есть, вы не против существования в Украине католицизма, протестантизма и так далее, которые присущи украинскому «православному полю»?

Я человек православный и верующий. Люди православные знают, что начиная с первых веков христианства, с первой апостольской церкви, когда христианство стало распространяться активно по всему миру, проходили так называемые Вселенские соборы. Речь идет о тех временах, когда христианская церковь еще только строилась, когда христианские идеи были гонимы, когда стали устанавливать правила сосуществования на земле. И тогда эти апостольские правила определили, что на одной территории должен действовать один патриархат. Такое силовое внедрение, как, например, внедрение униатов, противоречит церковной конституции. Такие государства, как, например, Россия, определила ислам и православие традиционными религиями, а все остальное (католицизм, протестантизм) не в приоритете. Это не только в интересах государства, это не только в интересах утверждения единых ценностей, когда люди не раздирают друг друга по религиозному признаку, это еще и религиозная конституция, церковная, христианская конституция, когда католики и православные находятся каждый в своем мире и ведут диалог. Потому что есть ряд вопросов, которые католики совершенно справедливо оспаривают у православных, православные ставят свои вопросы перед католиками — это теологические споры. Эти противостояния ни в коем случае не должны выходить за рамки теологических споров. Я надеюсь, что католики и протестанты в конечном итоге договорятся, снимут ряд противоречий, и мы с вами увидим явление той самой Апостольской церкви, которая существовала вплоть до IV века без единого разделения, пока церковь не стала властью, пока государство не стало использовать церковь в своих интересах. Но если мы будем запускать католицизм внутрь православной территории, а тем более протестантизм, то это будет использовано для еще более серьезной конфронтации. Люди, сколько бы времени они не тратили на свое совершенствование, на очищение своей души — они все равно не станут святыми. Есть интересный момент – опыт сосуществования православия и ислама, религий принципиально различных, которым нечего оспаривать, и он показывает возможность мирного сосуществования двух религий.
По большому счету мусульманин и православный не спорят, потому что это принципиально разные цивилизационные основы. В России, например, которая уже больше 10 лет проводит консолидацию общества на духовной основе, сделав православие и ислам традиционными религиями, мы не видим никакого конфликта между православными и мусульманами.

Россия — это многонациональное государство и поликонфессиональное. Там есть Кавказ, который может взорваться, если государство будет вести себя не так нужно в религиозной сфере. Поэтому, я считаю, Россия ведет профилактическую или превентивную политику по предотвращению раскола государства по историческим швам.
Возвращаясь к Украине, поскольку вы сказали, что должна быть единая духовная суверенность, то нужно ли этот аспект внести в преамбулу конституции, чтобы предотвратить дезинтеграцию и распад государства? Например, у нас в Алжире в конституции прописано, что ислам является государственной религией, точка. Это является окончательным ответом перед лицом всех религиозных интервенций, которые могут стать платформой для сепаратистских тенденций в обществе?


Я никогда не был в Алжире, но люблю писателя Камю, который родился в Алжире и описал его во всех своих работах. Отвечая на ваш вопрос, я убежден, что так необходимо сделать, но Украина до такой степени сложное и «лоскутное одеяло», которое сложно сшито и сшито из двух украинских народов — один украинский польский народ, другой украинский русский народ — граница между которыми проходит где-то по Збручу. Польский украинский народ проживает на территории части Житомирской области, Ровенская, Львовская, Волынская, Ивано-Франковская области — это та часть страны, где католицизм и униатство хозяйничают, это их территория — территория поляков, которая никогда не была украинской. Это была Польша, которая утвердила там католицизм. Это лоскутное одеяло, в котором мы находимся, которое никак невозможно привести к единой культуре, обращаю внимание, что основой слова «культура» является «культ», что постановка вопроса о необходимости внесения такой нормы в конституцию приведет к однозначному взрыву, потому что на западе страны достаточно большой католический анклав, который поднимется против этого. Также и жесткие действия против православия заканчиваются бесполезно, православная церковь на Украине, несмотря на все атаки того же Порошенка, ведет себя, как революция «непротивления» Ганди, когда в ответ на дубинки и пули англичан индусы мирно шли, погибали, но никогда не подняли против них оружие, и революция в конце концов победила, а Индия получила свободу.

Внесение подобного положения в Конституцию Украины невозможно потому что: а) основная масса украинцев уже исповедует националистические идеалы и, будучи индифферентными к вопросам религии, они готовы сегодня заявить, что внесение в Конституцию такой нормы о православии является агрессия России. В свою очередь политики никогда так не поступят, потому что им нужно в следующий раз баллотироваться в парламент и если сегодня они поступят против воли большинства, то завтра это большинство за них не проголосует. Но я думаю, что рано или поздно это произойдет, когда этот цивилизационный и культурный разлом, который проходит по Украине, разлом в основе которого лежит раскол религиозный, разлом, являющийся линией столкновения западной цивилизации с русской цивилизацией, наконец, обломается. То, что Сталин искусственно и, как говорят, преступным образом присоединил Западную Украину к Украине, оторвав от Польши куски, и раз на Западной Украине его признают преступником, а их требования, которые выражает Дроздов, об отделении Западной Украины, думаю, имеет некоторые основания для существования. Рано или поздно «западенцы» так и поступят, и вот тогда для защиты Украины, ее единства, чтобы были решены вопросы реинтеграции Донбасса, чтобы были решены вопросы выстраивания каких-то отношений с Крымом, православие станет становым хребтом конституционного строительства, будет тем основанием, на которые народы могут стать и начать после длительного разрушения созидание.

То есть, православие станет тем трамплином, конституционным и восстанавливающим фактором для процветания Украины, результат которого мы увидим лет через 30 или 50?

Знаете, 30 лет не такой большой срок. Я был старшим лейтенантом на атомном подводном корабле, когда здесь вдруг что-то такое произошло, когда я впервые услышал слово «ГКЧП», когда нас подняли по боевой тревоге, когда все атомные подводные корабли вывели на рейд, когда происходило что-то непонятное, а потом сказали, что Советского Союза больше нет. Сегодня мне кажется, что это было совсем недавно, а прошло уже 30 лет. Здесь мы имеем дело с такими категориями, которые очень инерционны во временном измерении.

Вернемся к Польше, к ее демаршам и маневрам последнего времени. Создается впечатление, что руководство Польши и Литвы стремятся к возрождению Речи Посполитой. Как вы считаете, такой сценарий возможен? Опасно ли это для России и всего постсоветского пространства? Может ли это быть опасно для Европы? Допустит ли нынешняя Германия восстановление Речи Посполитой, учитывая то, что сегодня происходит в Беларуси?

Хочу сделать вам комплимент в том смысле, что вы поднимаете самые сущностные причины и мотивы происходящего. К большому сожалению то, о чем мы сегодня говорим, является вопросами более глубокого уровня чем тот, который сегодня понятен массовому слушателю.
К сожалению, в силу целого ряда факторов в нашем народе преобладает клиповое мышление, то есть, все мыслят штампами. Когда кто-то, вроде нас с вами, начинает говорить о вещах более глубинного характера, большинство думает: «зачем нам это? Нам нужно сегодня и сейчас», не понимая, что мы говорим о категориях, которые «сегодня и сейчас» не работают, что «сегодня и сейчас» – это продукт десятилетий системной работы. Вопрос об имперских претензиях Польши и о взаимоотношениях Польши с европейским центром, то есть с Германией.
Скажу честно, я разделяю народы, на способные к самостоятельной жизни, и уж тем более, к имперской жизни, и народы не способные к самостоятельной жизни, тем более имперской жизни, по наличию или отсутствию у этих народов великих философов или великих деятелей искусства, которые осмысляют этот народ.
Так вот в польской ментальности главное – это казаться, а не быть. Немцев такое не интересует, их интересует результат, немец знает, что он элемент одного большого государства, что он должен хорошо выполнять свою работу и если его похвалит его начальник, он будет доволен. Что о нем подумают другие, что скажут соседи — это его интересует в последнюю очередь. В этой ситуации дух польского народа слаб, размягчен, он по большому счету, кроме как казаться, больше ничего и не может. По этой исторической причине Польша подвергалась разрывам, топтанию, хотя этнос достаточно большой. Украинский народ появился от смеси польского и русского народов, а польский народ гораздо более давний, нежели другие народы, но духа мощного, имперского, военного этот народ не имеет. По этой причине все претензии, которые Польша, переоценивая себя и свои возможности, заявляет, о том, что она на что-то претендует, немцы никогда ей не позволят. Здесь вы выходите на очень глубокий момент. Помните, недавно вышла статья Владислава Суркова о глубинном народе, которая наделала много шума и у экспертов вызвала улыбку или насмешку. Только очень немногие из числа серьезных ученых и философов очень серьезно отнеслись к этому.
Чиновнику удалось увидеть, что главное, что ведет народы, это нечто глубинное, что не поддается даже социологическому осмыслению, что является антологическим основанием существования народов. Так вот антологической основой существования немцев является их истинная имперскость, и она противостоит мягенькой и слабой польской имперскости, которая тоже присутствует. Поляки помнят, как они Москву брали, вообще много чего помнят и на этом настаивают, но они слабенькие.

Кстати, они и османские войска под Веной разбили, мы это помним из нашей истории.

Так вот сегодня поляки — народ, лишенный всего этого. Это все равно как шведы были грозой Европы, а сегодня они ни на что не способны. Это та же история, что из голландцами, которые первыми стали мировым гегемоном и на протяжении 150 лет держали в узде весь мир, а сейчас никто в это даже не поверит. Сегодня достаточно приехать в Голландию и увидеть слева и справа курящих марихуану людей, продающуюся во всех аптеках и кофейнях марихуану, чтобы понять, что этот народ расслабился, не хочет напрягаться.
Вы правильно отмечаете, никогда немцы ни сегодня, ни в ближайшие 150 лет не позволят никому, кроме себя, подняться, что они сегодня и демонстрируют в рамках ЕС, когда они выжали все из Греции, уничтожив ее, когда они выжимают все из Испании, укрепляя могущество объединенной Германии.

Скоро мы увидим Четвертый рейх в более мягкой и цивилизованной форме.

Мы не можем знать, в какой форме мы его увидим, говоря из нашего сегодня. Например, Трептов парк в Берлине, который немцы сами поддерживают в великолепном состоянии, где рядом с памятником советскому солдату стоят стеллы с выгравированными на них золотом цитатами из работ Иосифа Сталина о победе, о том, что Советский Союз несет мир всему миру — это мощный символ того, что фашизм не будет никогда возрожден, что идея великой имперской Германии никогда не поднимется. Но подождите, такое уже было после Версальского договора, когда после Первой мировой войны на Германию были наложены сумасшедшие репарации, когда Германию нагнули и сказали, что она больше никогда не поднимется, а что произошло? Через десять лет появился маленький щуплый оратор, который обращается к немцам с призывом вспомнить о том, кто они. То поколение, которое умрет в ближайшие 10-20 лет, которое еще помнит тех, кто воевал и пережил всю боль войны — все они уйдут в историю вместе с войной. Мы вспоминали произведение Камю «Чума», о том, как в Алжире разгулялась эпидемия чумы, и какая это была трагедия для людей. На Украине и в Поволжье помнят голод, который был в начале 30-х годов и какая это была трагедия, но проходит время и оно все стирает, ставит это страшное событие в ряд других страшных событий, которые были в истории наших предков.
То же самое произойдет с самым трагическим и ужасным событием 20-го века — Второй мировой войной. А манипуляторы и историки, которые будут преследовать политические цели, будут преподносить нам новые трактовки. В конце концов, все это разобьется на маленькие кусочки и отодвинется в прошлое. И вот тогда останется то, что является сущностным, останется антологическая глубина немецкого народа. И тогда не появится ли какой-нибудь ефрейтор, который придет и скажет: «Эй братцы, очнитесь! Весь этот мир не создал той науки, которую создали мы. Весь этот мир не создал той философии, потому что был не в состоянии осмыслить основные вопросы бытия, как это сделали мы. Мы с вами создали самую передовую в мире промышленность, технологии. Мы великая империя». Так что, в какой форме это поднимется, мы с вами не знаем. Я думаю, что Германия в ближайшие 20 лет себя проявит. У нас с вами впереди серьезнейший подъем Германии, подъем русской цивилизации и серьезнейшие столкновения, которые произойдут еще при нашей с вами жизни.

Какие будут координаты Украины в этой системе противостояния? Повторит ли она тот цикл, который мы видели в ходе Второй мировой войны, или она будет включена в другие орбиты?

Я рад сегодняшнему разговору потому, что он позволяет осмыслить основные моменты моего собственного смысла, смысла моего существования в общественной жизни. По той причине, что все сказанное нами выше, является моим убеждением, я делаю все, чтобы призывать людей к православному единству, идентифицировать себя с тем, чем мы есть, с великой русской православной цивилизацией. Русской в смысле Киевской Руси. Потому что в грядущем столкновении остаться вне возрожденных народов, остаться просто территорией, на которой эти народы будут топтаться, означает быть растоптанным.

И уничтоженным.

И уничтоженным, потому что мы не представляем из себя ничего в этой борьбе мамонтов, которыми являются государства, созданные имперскими народами, как Германия и Россия. Ведь у нас есть наши великие философы — Бердяев, Булгаков, Григорий Сковорода, Гоголь, великие «Письма к друзьям» которого о том, что мы не должны допустить разрыва между великим российским народом, малым российским народом и белым российским народом, что при развитии национальных языков главным связующим нас языком должен быть язык русский и церковно славянский. Все наши величайшие мыслители, начиная с Григория Сковороды, говорили о сохранении этого единства, единства в любви, единства в совместной борьбе против врага, что показала Великая отечественная война, когда мы смогли спасти не только себя, а и весь мир, потому что мы находились в рамках этого единства. В этой ситуации моя задача, насколько у меня на это есть сил, это указывать и продвигать это направление, ибо, не двинувшись туда, мы никогда не будем приняты англосаксонским миром, потому что мы — не они. Мы — то, что мы есть, а мы есть величина в 250 миллионов человек, мы Величина, которая утверждается и стоит на самом огромном пространстве, имеющем ресурсы на много столетий в отличие от остального мира, где ресурсов не осталось и на 10-30 лет. Необходимость защиты будущего своих детей, необходимость защиты нашего национального пути движения и развития требует восстановления нашего единства. Поэтому, если до момента этого столкновения Украина не определится со своим цивилизационным выбором, а будет топтаться между «здесь» и «там», слушая всяких «клопов», которые рассказывают о своем величии, она будет первой растоптана, как и Польша.

Исходя из вашего ответа, я вижу, что для того, чтобы сохранить этот мир, этот континуум, в вашей интерпретации, последний бастион, который стоит перед этим наплывом — это Минск?

Конечно, но не последним бастионом. Я вам скажу, что нужно сделать все, чтобы Беларусь осталась в сфере союзного государства. Я очень надеюсь на то, что хватит мудрости у белорусского руководства, хотя оно демонстрирует тупость шаг за шагом, Лукашенко сам виновен в том, что там сегодня происходит, что хватит мудрости у русского руководства, что удастся многое решить по дипломатическим каналам и этот конфликт между народом и президентом, чтобы этот конфликт погасить.
Народ возмущен Лукашенко за его хамство, тупость, «пораженность» властью, извратившей его мозги. Сейчас он протрезвел, но на протяжение последних полугода им сделано все, чтобы возбудить против себя народ. Показателем тому есть поведение рабочих самых крупнейших заводов, которые остановились и бастуют. Надеюсь, что конфликт перейдет в мирную фазу и мне кажется, что конфликт переходит в мирное русло, когда можно заговорить. Белорусские рабочие, с которыми я переписываюсь, рассказали мне, что на заводах уже задаются вопросом, а что завтра будем есть?
И все бы было спокойно, так нет же, появляется Лукашенко с автоматом. Нами, украинцами, пережившими эту трагедию Майдана и уничтожение государства националистами, нами это видится как «вот, если бы не дрогнул тогда Янукович». Тогда бы не было этих вооруженных зверей, которые уничтожают правоохранителей, захватывают административные здания, если бы Янукович дал команду на подавление всего этого всеми возможными средствами.
С этой точки зрения мы смотрим и думаем о том, какой молодец Лукашенко, но ведь главное не то, как он нам видится, а как это видит и воспринимает белорусский народ. Во все времена, если в каком-то государстве возникает конфликт, революционная ситуация или гражданская война, всегда сопредельные государства и мировые гегемоны будут вмешиваться, преследуя свои интересы. Увеличивая напряженность, ты «даешь хлеб» тем, кто вмешивается в эти процессы, кто заинтересован в том, чтобы оторвать Беларусь от России, чтобы устроить гадость, как на Украине, где уничтожили более 40% промышленного потенциала, превратив ее в источник рабов для работ в Польше и других странах.
По результатам того, что мы видели на Украине, все стали возвращаться к одному великому социологу Пятериму Сорокину, которого выслали из России после октябрьской революции, и который создал мировую социологию, которую сегодня США используют, как социальную инженерию для того, чтобы проводить цветные революции. В своей работе «Социология революции» он вычислил, что если в акциях протеста принимает участие более 1% населения, то, скорее всего, большинство населения разделяет ценности протестующих. В Беларуси в акциях протеста приняло участие аномально большое количество людей — уже больше 10%. Второе, осмысляя эти процессы, все приходят к тому, что первое, что в условиях социального взрыва следует сделать, это необходимо понимать, что если внутри народных масс есть до 20% тех, кто склонен к «криминальному» поведению, то внутри протестующих масс их гораздо больше.
И когда сегодня Лукашенко демонстрирует решимость стрелять по толпе, эти люди только радуются его такому поведению, потому что они смотрят на всю эту ситуацию не так, как мирные люди. Мы можем испугаться, но они не испугаются, для них хаос — это возможность для грабежа. В свое время на Майдане первое, чем поживился Правый сектор — грабеж банка Крещатик, и 20 миллионов долларов, которые они вынесли наличными из банковского хранилища, не учитывая того, что они вынесли, вскрыв банковские ячейки. А когда войска ВСУ пошли на Донбасс, то на линии столкновения, протяженностью 400 км были ограблены все дома и частные домовладения, когда целые состояния были созданы на грабеже, и это знают все, в том числе белорусские преступники, находящиеся в рядах протестующих. Создатели цветных революций делают свою ставку именно на эти 20%, на что обращал внимание еще Пятерим Сорокин.
Сегодня главное — это сохранить Белоруссию, ее огромные достижения, которых Лукашенко сам же добился, сохранив социальное государство. Сохранив единство в подготовке к столкновению цивилизаций, главное проявить мудрость, спокойствие, «заговорить» ситуацию. Оппозиция заговорила о том, что она готова к переговорам, так нужно начать эти переговоры, успокоить ситуацию. Потом уже определить центры влияния, какие разведки подогревали протесты, и постепенно, в уважительных интонациях выходить к народу, а не угрожать тем, что КГБ сегодня следит за каждым шагом протестующих рабочих.
В этой ситуации Беларусь не является последним оплотом, но потеря ее будет говорить о серьезном поражении нашей совместной работы.

Если бы вас пригласили в качестве эксперта для восстановления этого мира, какими бы были ваши первые шаги?

Первое — это определить лидеров общественного мнения, исповедующих эти идеологеммы, о которых мы с вами говорим. Наша работа должна быть выведена на профессиональный уровень, против нас работает объединенный интеллект объединенного Запада. Нам необходимо создание института, который будет работать на глубоком профессиональном уровне.

Как бы вы его назвали? Институт национальной памяти?

Нет, это название уже опошленное. Я пока не придумал название, но оно должно нести смысл, который бы зацепил каждого.

Может быть Институт национального возрождения?

Возможно, я еще подумаю. Когда мы говорим о возрождении, то основная масса скажет, что это какие-то высокие категории, которые ее не интересуют. В названии должно быть что-то, что говорит о скором нашем конце, если мы сейчас не остановимся, слово, которое скажет о нашем спасении, возрождении. Создание этого института и профессиональный подход — это первое, что нужно сделать.

Этот институт будет носить академический характер, или общественно-политический?

А не существует академических институтов, не являющихся общественно-политическими. Наука всегда является основанием для оправдания любых процессов. Это академическая основа, которая должна быть на переднем крае, это должен быть сплав академичности и общественно-политического актива. В Советском Союзе был институт Марксизма-ленинизма, а здесь — институт спасения нации. Эта работа должна была начаться еще позавчера.

Мы говорили о том, что должно быть информационное поле для общения, обмена мнениями. Как вы смотрите на то, чтобы в Украине было создано общественное телевидение, которое будет финансироваться за счет взносов, как ВВС. Это будет та платформа, на которой можно будет говорить о таких инициациях, что вы говорите?

Это невозможно. Чтобы такое было возможно, нужны соответствующие решения парламента. Парламент принадлежит олигархам, которые не позволят появиться ничему не нормативному, кроме того, что принадлежит им.

Без таких общественных информационных институтов нельзя ничего сделать, потому что нужна обратная связь с общественностью. Олигархи не заинтересованы в возрождении тех ценностей, которые бы могли спасти страну?

Меня спрашивают о том, оптимист я или пессимист. Я не оптимист и не пессимист. Один старый еврей сказал мне когда-то: «Василий, не переживай. Все будет так, как должно быть, даже если будет иначе». Так что в нашей с вами ситуации все будет так, как угодно Господу. Уже не один раз хоронили нас, хоронили православное единство, хоронили Россию, но все кто нас хоронил, сами оказывались в могиле. Во всех этих процессах очень много метафизики, тех вещей, которые человеческий разум не может до конца расшифровать. Я делаю то, что я могу, там, где я есть, теми ресурсами, которые у меня есть. Моя совесть чиста, я не иду против своих убеждений, и даже попал за это в тюрьму, а те люди, которые меня в тюрьму упекли, впоследствии пережили тяжелые трагические события в своей жизни. Майдан меня освободил, и сегодня многие удивляются, почему я против Майдана. Для меня важно то, что я не изменяю себе и своим убеждениям.

В качестве кого вас сегодня представлять?

Я основатель политической партии «Союз левых сил».

Мы благодарны вам за столь содержательный диалог. Желаем вам успехов и чтобы вы, как сказано в фильме «17 мгновений весны», вы разгромили своих врагов.

Спасибо. Мне сегодняшний разговор тоже очень понравился. И хотя, как сказал обо мне Шарий, я иногда бываю нудным, мне сегодняшний разговор был очень интересен, а людей вашего уровня подготовки не часто встречаешь. Спасибо вам за интервью.

Авторская Колонка
Экспертные Оценки
Новость Дня
Литература