The Dipcomment

Diplomatic Comments

NEWS

Плоды арабской весны: анализ и перспективы развития

Author: Аурагх РАМДАН

Date: 2014-12-22 17:44:38

События, получившие название «арабская весна», начинались по аналогичному сценарию в разных странах, затем пошли по своему пути в каждой из этих стран. Каковы же их причины и критерии.
Первая искра, которая зажгла фитиль революции четыре года назад, прошла в Тунисе, распространившись затем на другие арабские страны. Чего же достигнуто на сегодняшний день и насколько эти достижения отвечают стремлениями народов этого региона. На эти душераздирательные вопросы отвечают известные в арабском мире эксперты:

Хасан Нафаа
, доктор политических наук, преподаватель, Каир;
Сабер Аюб , политический эксперт, Алжир;
Таеб Галюфи , писатель, политический обозреватель, Тунис.

Прошло через четыре года после начала народной революции, получившей название «революции свободы и достоинства», которая началась в Тунисе после того, как парень из городка Буазизи совершил акт самосожжения. Сейчас страна двигается в направлении завершения строительства демократических институций, по мнению некоторых наблюдателей как внутри арабского мира, так и за его пределами.
За время переходного периода, который продолжился дольше, чем предполагали, страна столкнулась с множеством разногласий и препятствий, которые могли бы погубить этот новый эксперимент, если бы не настойчивость политических лидеров, которые привели ее на нынешний этап. Таким образом, Тунис оказался единственным государством, где расцвела «арабская весна» и дала свои «логические» плоды

В Египте подобная революция привела к свержению Хосни Мубарака и переходу власти в руки военного совета. Через полтора года был избран новый президент, которым стал Мухаммед Морси – первый президент, не представлявший вооруженные силы страны (первый гражданский президент за все время независимого Египта).


Через год Мухаммед Морси – представитель «братьев-мусульман» – был свергнут вследствие переворота, как считают одни, или «исправления ошибок» революции, как видят другие. Но, невзирая на то, как бы ни называли произошедшие события и какими бы кровавыми они не были, политический процесс продолжился, а вместе с ним и поиски политического решения. Согласно сообщениям организаций по правам человека, в стране продолжало увеличиваться число нарушений в области прав человека и свободы слова.

В Йемене , пережившем ряд народных революций, власть была передана из рук Али Абдуллы Салеха, согласно инициативе, предложенной странами Арабского залива. В межнациональный диалог вступили различные политические силы, но его результаты не были осуществлены. И на фоне ухудшения положения в области безопасности и растерянности в политических кругах, «хуситы», при поддержке сторонников прежнего режима, установили свой контроль в столице страны Сане и в ряде других крупных городов, а также подчинили ряд основных государственных структур, согласно заявлениям йеменских государственных политиков.

В Ливии международное вмешательство, в соответствии с резолюциями Совета Безопасности ООН, которые были приняты через месяц после начала народных волнений, содействовало падению режима Каддафи и вероятному его убийству. Однако вооруженный конфликт внутри страны, который нарастал в течение четырех прошедших лет, «подтолкнул страну туда, откуда нет пути назад», согласно словам представителя ООН в Ливии. В политическом отношении страна разделилась на два парламента и два правительства, каждое из которых считает себя легитимным.


В Сирии повстанцы не смогли свергнуть режим Башара Асада ни военным, ни политическим путем. Наоборот, страна превратилась в поле битвы, где боевики разделились на тех, кто на стороне существующего режима, и тех, кто против него. Не смотря на все то, что говорится о влиянии внешних игроков на положение внутри Сирии, считается, что вступление коалиции по борьбе с ИГИЛ для борьбы с его боевиками, не облегчит ситуацию внутри страны, а еще больше ее осложнит.


Несмотря на то, что начала событий, так называемой «арабской весны», чем-то схожи в разных странах, однако механизмы отличаются самым коренным образом. Каковы общие причины этого?

На этот вопрос отвечает и рассуждает эксперт Сабер Аюб :

“С первого взгляда арабские страны расположены в одном регионе, имеют похожую историю, одну религию, разговаривают на одном языке, однако существует огромная разница между народами разных арабских стран, между обществами разных арабских стран. Например, Ливан, Сирия, как их по-старому называют страны «Шамма» (Леванта), отличаются от арабских стран Магриба. Страны Магриба – это не Египет и не страны Арабского залива. Существует разница в культуре, образовании, общественном развитии, политической жизни, а также уровне современного развития. Страны региона Шамма известны развитием древних цивилизаций на их территории, точно также и страны Магриба, которые пережили расцвет и упадок Андалузского государства. Народы даже внутри арабского Магриба отличаются между собой. Поэтому и революции в разных странах отличаются, не смотря на то, что вначале копировали в чем-то друг друга. Потерпела поражение революция в Сирии против существующего там режима. В Тунисе революция принесла некоторые положительные результаты. И это связано с тем, что бывший режим, каким бы диктаторским он ни был, на протяжении четырех или пяти прошлых десятилетий, особенно в период правления Бургебы, смог создать гражданское общество, в некоторой степени похожее на западное общество. Арабские народы стремятся создать общество по примеру западного, но у них нет таких же возможностей, как у Запада”.

Граждане Туниса, не смотря на то, что демократический эксперимент, через который прошел Тунис, считается успешным, задают, тем ни менее, такие вопросы:
1) Почему не вернут и не судят свергнутого президента Туниса, как это произошло в Египте?
2) Как можно прожить достойно в таких сложных экономических условиях? 3) Чего достигли те, кто пришел к власти после свержения Бин Али, где их достижения?
4) Если за прошедшие четыре года у власти вы ничего не сделали для страны, предоставьте эту возможность другим, пусть они попробуют.
Направление, в котором двигается Тунис, существенно отличается от других арабских стран. Что послужило причиной этого?


Отвечает на вышеизложенные вопросы эксперт Таеб Галюфи :

“Наверное, одной из основных причин, которые сделали тунисский эксперимент отличным от других, – это существование сильного гражданского общества в Тунисе, которое способно уменьшить состояние поляризации, как это произошло, например, в Египте. Например, мнение четверки Общественного диалога – это и есть приблизительно вмешательство гражданского общества, включающего профсоюзы, Объединение по правам человека в Тунисе, Объединение бизнесменов, и это гражданское общество помогло избежать сильной поляризации общества в Тунисе, которая могла привести к дестабилизации в стране.
С другой стороны, новые силы политического возрождения, я считаю, не захотели прийти в страну в период потери единого революционного строя, поэтому весь политический слой тунисского общества почти единогласно принял мнение, что одних только выборов в стране будет недостаточно. Тогда было сказано, что Тунис нуждается в правительстве «Согласия» и легитимности «согласия» вместо легитимности избирательной”.


На ваш взгляд, революция в Тунисе достигла своих целей? Мы и сегодня слышим от граждан Туниса вопросы, такие как, почему не судили Бен Али? Почему не отдается дань погибшим во время революции? Что вы сделали до сих пор для семей погибших, да и для остальных тунисцев, положение которых так и не улучшилось по сравнению с предыдущим?

Продолжает свой анализ Таеб Галюфи :

“Переходный период не в состоянии достичь тех целей, которые поставлены революцией, а только части из них. Происходит это по простой причине. Во-первых, мешает поляризация общества, во-вторых, еще не до конца отмер старый режим. Переходный период – это период, который переносит Тунис от прежнего режима к новому демократическому стабильному режиму. В политическом понимании переходный период – это период, когда создается новый режим, а старый еще не ликвидирован. В Тунисе постарались свести к минимуму потери переходного периода и потери от поляризации (процесс формирования плюрализма в политическом смысле этого термина). Поэтому, в Тунисе сегодня спрашивают о том, чего достигла революция. Ответ на такой вопрос таковой: «пока не достигла ничего». Переходный период не способен реализовать цели революции. Ошибка, которую допустило избранное правительство в Тунисе, а затем и в Египте, – это то, что людей убеждали, что сейчас подходящее время для выборов и избирательной легитимности. Между тем, революция еще не достигла целей в создании нового политического строя (инкубационный период не закончен), в повышении уровня жизни людей, повышении уровня свободы мнения и слова – всего этого невозможно достичь в переходный период. И те, кто считали, что выборов достаточно для того, чтобы перейти к новому правлению в стране, очень ошибся и должен понять, что переходный период протекает по своим историческим законам. На подобии беременности – нужно время для формирования плода и его адаптации к «самостоятельной» жизнедеятельности без «пупка»”.

Вы упомянули Египет и очевидно, что революции в обеих странах не достигли той точки, где произошла бы смена существовавшей действительности на действительность другую, или полного устранения остатков прежнего режима.
Доктор Хасан Нафаа, на ваш взгляд, почему в обоих случаях, то есть в Тунисе и в Египте, остались ниши от прежних режимов, которые продолжают существовать, оказывать влияние, и возможно руководить, как например, в Тунисе представители прошлого режима вышли на первый план, и оказывают, возможно, значительное влияние, как это происходит сегодня в Египте?


Отвечает на поставленный вопрос эксперт Хасан Нафаа :

“События в Египте сильно отличаются от аналогичных событий в Тунисе. Тунис находится в лучшем положении, что касается переходного процесса к демократическому правлению. И если некоторые представители бывшей власти возвращаются к политической жизни в стране, то остальные политические силы активно действуют, они играют серьезную роль в политической жизни и их не устранили и не убрали.
Процесс, происходящий в Египте, отличается с двух сторон. С одной стороны – это присутствие «братьев-мусульман», которые находились в оппозиции почти целый век, и когда революция предоставила им возможность возглавить политическую жизнь в стране, они не поняли, как управлять этим периодом, и каковы его последствия.
Второе отличие египетской революции – это та роль, которую в ней сыграла армия. Египетская армия не раз играла ключевую роль на протяжении истории Египта. Все, кто руководил Египтом, начиная с 1952 года – выходцы военных институтов – Абдель Насер, Анвар ас-Садат, Хусни Мубарак. Поэтому политический режим в стране подвергся поляризации между «Братьями-мусульманами», которые вышли на первые места во время выборов и между институтом армии, которая была естественным хранителем египетского государства. Когда оказалось, что представители «Братьев-мусульман» хотят установить контроль над всеми государственными институциями и отстранить от них остальных, египетский народ вышел с протестом, но оказалось, что он не в состоянии самостоятельно победить в этой борьбе. Эту борьбу выиграли с помощью армии”.


Очень многие соглашаются с вами в части той роли, которую играет в жизни Египта военные институции. Давайте посмотрим, что говорят простые египтяне о нынешнем положении в Египте и о том, каких целей достигла революция в Египте. О чем спрашивают египтяне на нынешнем этапе.
1). Хочу спросить, но не знаю, у кого спрашивать. Кто убил героев 25 января?
2) Когда начнутся перемены в стране?
3). Хочу спросить бывшую Национальную демократическую партию, зачем они вернулись в политику? Разве не достаточно того, что тридцать лет вы грабили страну?
4). Хочу спросить у президента Ас-Сиси, который заявлял, что главная роль в стране будет принадлежать молодежи. Снова вернулись к власти старики, а где молодежь и ее роль?
5). Хочу спросить у судей, почему Мубарак по-прежнему играет ними? 6) Меня волнует один вопрос, все эти революции «арабской весны» для чего были? Что они нам принесли?
Доктор Хасан, позвольте вас спросить, события тридцатого июня были исправлением ошибок, допущенных январской революцией или похитили эту революцию?



Продолжает свой анализ Хасан Нафаа :

“Я хотел бы подчеркнуть разницу между тем, что произошло 30 июня и тем, что произошло 3 июля. 30 июня миллионы людей вышли на улицы, опасаясь той политики, которую проводили «братья-мусульмане», которые вступили в альянс (союз) с другой исламистской силой. Они отстранили другие силы, сыгравшие одну из основных ролей в развитии революции. «Братья-мусульмане» допустили две основные ошибки. Первая – это когда Мухаммед Морси узурпировал власть, тем самым изолировав конституционную власть, от способности влиять на конституционную ассамблею (учредительный комитет по выработке новой редакции Конституции страны) или на процесс формирования законов. Вторая ошибка в значительной степени серьезнее первой, она произошла, когда Мухаммед Морси принял участие в так называемой конференции «Носра Сирии» (Поддержке сирийской оппозиции). На этой конференции сложилось впечатление, что братья-мусульмане заключили окончательный союз с экстремистскими силами, в том числе и исламскими фанатами”.

Несмотря на события, которые спровоцировали народные волнения 30 июня, армия не предпринимала никаких действий для спасения страны вплоть до 3 июля, пока не разгорелись народные волнения. Чем это объяснить?

Продолжает отвечать Хасан Нафаа :

“Действия армии были невозможны, если бы люди не вышли на улицу. Армия предприняла необходимые меры после начала событий 30 июня, так как понимала, что эти люди не способны выиграть борьбу с братьями-мусульманами. Вмешательство армии стало необходимым, возможно даже для того, чтобы избежать начала гражданской войны.
Революция 30 июня не означала, что власть должна обязательно перейти к военным или, что Ас-Сиси должен стать президентом. Я еще раз хочу указать на ошибку, которую допустили братья-мусульмане. Если бы они не прибегли к насилию, что напугало людей, тогда бы большая часть населения не поддержала выдвижение кандидатуры Ас-Сиси на пост президента”.


Опираясь на опыт этих двух революций, как, по-вашему, можно ли точно определить организаторов этих революций? Те, кто вышел на улицу в Тунисе и Египте понимали ли до конца, чего они хотят достигнуть, что хотят осуществить?

Рассуждает эксперт Сабер Аюб :

“Здесь заключается вся суть (соль) проблемы. Известно из истории арабских народов, что у них «короткая память» и помнят они события одного-двух предыдущих поколений и не более. Отсюда вся ответственность ложится на существующие режимы. Режимы в арабских странах несут полную ответственность за те трудности, с которыми сталкиваются граждане этих стран из-за отсталости, взирая при этом на демократическую Европу, на то, как западные правительства обращаются со своими народами”.

Если мы будем считать, что «судно» революции в Тунисе достигло спокойных берегов, то где же те цели, которые ставились революцией? Где та молодежь, которая начала революцию? Где их роль в сегодняшней жизни? Кандидат в президенты, который сейчас лидирует, находится в возрасте выше восьмидесяти лет, как и многие другие нынешние политические лидеры. Где молодежь Туниса, которые зажгли фитиль революции в Тунисе?

На этот вопрос отреагировал эксперт Таеб Галюфи :

“Одной из целей революции в Тунисе была свобода. Главным условием построения демократического государства было обеспечение свободы в стране. Я считаю, что свобода в стране на сегодняшний в большой степени присутствует, особенно сравнивая с предыдущим режимом, который душил свободу, и между новым режимом, где тунисцы направляются на участки для голосования для выбора президента”.

Ему подытожил коллега Сабер Аюб :

“Нужно сказать, что арабские народы действительно стремятся к свободе, особенно в экономике, общественной жизни во времена спутникового телевидения, интернета. Они видят, как на Западе обращаются со своими народами. По причине того, что передовая часть арабского общества постоянно ставит этот вопрос перед арабскими правительствами, весь негатив и зло из-за отсталости, которую переживает арабский регион, ложится на существующие там режимы. При этом не ставится главный вопрос: если убрать существующий диктаторский режим и сменить его другим, путем выборов или каким либо другим демократическим инструментом, который соответствует существующим в данном обществе культурным или религиозным составляющим, начнется ли тогда экономическое и общественное развитие порабощенных арабских народов? Ответ, скорее всего, будет отрицательным. То, чего достигли европейские народы, они достигли на протяжении столетий и на это повлияло не только смена политических режимов, но и то, что эти народы сами учились, развивались, освободили себя от уз религиозных (средневековых) институтов и догм. Между тем, как большинство арабских народов хотят внедрить у себя достижения западной демократии, чтобы извлечь для себя пользу от ее возможностей и развитости, но, в то же время, цепко держаться за свои зачастую отсталые традиции, держаться за религиозные устои”.

Вы хотите сказать, что народы региона не подготовлены к подобному движению в направлении демократического развития?

Продолжает отвечать эксперт Сабер Аюб :

“Я не могу сказать, что не подготовлены вообще, но есть недостатки в системе переосмысления революционных переустановок, рано или поздно арабские общества пройдут тут сложный путь, что проделали европейцы. Хотя, есть риск того, что все эти рокировки приведут к отрицательным результатам”.

Сегодня положение в Йемене стало лучше после свержения режима Али Абдуллы Салеха? Сегодня мы наблюдаем, что страна стоит на границе распада и хуситы установили свой контроль почти на всей территории Йемена?

Для ответа на этот вопрос подключился известный йеменский аналитик д-р Самир Аль-Шибани :

“То, что сегодня происходит в арабском регионе – это воплощения извечной диалектической дилеммы, свойственной самой арабской самобытности. Мы имеем дело с революцией, которая вызвана исторической необходимостью, что означает, что созрели объективные причины для начала революции, которые говорят о невозможности продолжения существования коррупционных режимов. С другой стороны не созрели субъективные причины, которые так же необходимы для успеха революции. Это и есть различия между арабскими обществами и можно заметить, что разница зависит от уровня культурного, общественного и экономического развития в каждой арабской стране в отдельности.
События в Тунисе развивались определенным образом по той причине, что тунисское общество извлекло пользу из взаимодействия с французской культурой и глубокого переплетения с ней. В Египте изобилие работ в области культуры и «политической философии» повлияло на основу египетского общества. «Братья-мусульмане», которые вышли на авансцену в Египте и попытались воспроизвести другой подобный диктаторский режим, не поняли, что настал период свержения коррупционных диктаторских режимов”



Что же говорят сами йеменцы о революции в их стране и о том, что принесла им «арабская весна».
1) Можно ли считать захват «хуситами» столицы и других крупных йеменских городов революцией, или это контрреволюционный переворот?
2) Дестабилизация обстановки в Йемене и посягательства на события «арабской весны» и на лидеров молодежной революции – это те требования, с которыми мы вышли в начале революции? Эта та страна, о которой мы мечтали?
3) Революции «арабской весны» достигли большого успеха или потерпели поражение вследствие сопротивления бывших режимов?
4) Революционеры, которые начали «арабскую весну» имели какие либо цели на период после революции?
5) Революции «арабской весны» достигли своих целей или принесли только разрушения и войну для народов арабских стран, где они прошли?
6) У ливийских революционеров были светлые конструктивные задачи, или их революция случайная и несущая только негатив, так как сейчас мы не видим ничего, кроме разрушений и развала?
7) Сирийская оппозиция стремится служить своему народу, или она на службе у Запада, и стремится к разделу Сирию и всего арабского мира?
8) Сирия должна быть разрушена до основания ради того, чтобы у власти остался президент Башар Асад или сирийская оппозиция разрушает то, что еще осталось в Сирии для достижения целей революции, которые они заявили в начале?
Чем отличается йеменский революционный эксперимент от остальных?


Продолжает рассуждать д-р Самир Аль-Шибани :

“Есть разница в уровне общественного и личного сознания или сознания политических экспертов, ученых, как доктор Хасан Нафаа. Нереально представить совпадение взглядов. Большая часть народов спешат ощутить быстро результаты происходящих перемен. Однако, доля коррупции, которая распространилась в арабских обществах и влияние коррумпированных режимов на культуру людей, их совестливость и общественное сознание – все это привело к осложнениям, и указывало на то, что плоды революций созреют с опозданием. Именно здесь приходит время созревания субъективных условий. В истории личность или субъект всегда играли основную роль в отсрочке получения результатов. Силы, противодействующие революции, продолжают бороться за то, что бы оставаться – синдром контрреволюционных сдвигов общественного сознания”.

Но речь идет сейчас не о том, чтобы просто остаться. Бывший президент Али Абдулла Салех не борется за то, чтобы остаться, он, можно сказать, снова установил контроль над страной через своих сторонников – хуситов?

Доктор Самир Аль-Шибани раскрывает сущность того, что происходит ныне в Йемене:

“Думая подобным образом, он очень ошибается, так же как и его сторонники. Временный союз (альянс) между Али Абдуллой Салехом и хуситами не исключает острых политических противоречий между ними. Это указывает лишь на то, что если они придут к власти в определенный период, снова в стране начнется новый раунд борьбы между Али Абдуллой Салехом и хуситами. Руководитель хуситов Абдель Малек Аль-Хуси заявил очень ясно о том, что коррупционные силы, с частью от которой мы покончили, продолжает пытаться вернуться к власти и это не приемлемо. Это доказывает, что есть разница во взглядах на происходящие изменения. Это та особенность, которая сделала революцию в арабских странах отличающейся: все силы, различные между собой по политическим, классовым, идеологическим принципам, объединились вокруг одной идеи и в то же время разошлись во мнениях о способах ее осуществления (во многом похоже на то, что происходит в Украине)”.

События в Сирии в начале развивались мирным путем и так на протяжении года. В результате сегодня имеем все виды войн, какие известны в мире: гражданская, межконфессиональная, региональная, международная – все виды войн. В Сирии все обязательно должно было произойти именно так? Что было тому причиной, природа сирийского общества, природа существующего там режима. Сирия стала заложником происходящих региональных перемен?

Доктор Самир Атия , редактор арабского издания «Ле Монд Дипломатик»:

“Часто используют слово «революция» не там, где следует. Французская революция названа революцией потому, что она родила один документ – «Декларация гражданских прав человека». После этого воевали повстанцы, пришел диктатор Бонапарт, затем возвратились к власти короли. В результате цели революции были достигнуты только через сто лет.
У «арабской весны» есть ряд причин, в том числе экономические, общественные, демографические и затем только политические. Все, что мы слышим об «арабской весне» - это свержение коррупции и тирании. Коррупция и тирания – это не единственное и основное в революции. Молодежь, которая составляет сегодня основную часть общества, желает начать новый общественный период в жизни своих государств (синдром дефицита социальных лифтов). В то же время в зависимости от того как поступает правящая власть и соседние страны, изменяются условия революции в каждой отдельной стране.
Особенность Сирии заключается в том, что она состоит из большого числа разных конфессий, что провоцировало столкновение внутриконфессиональных доктрин, взглядов. Сирия стала разворотом для «арабской весны», так как тема «арабской весны» - это предоставление гражданства суннитам, шиитам, или, можно сказать, арабам, курдам и д.т. Если сирийская революция не сможет добиться равноправия граждан, то это не будет сделано нигде и никогда – тупик”.


Законы революции, революционные эксперименты, можно ли их осуществить, опираясь на сирийский опыт со всеми ее особенностями и общественной мозаикой (этнической и конфициональной)?

Продолжает д-р Семир Атия :

“Законы и эксперименты – это прекрасно, однако мужчины и женщины, которые делают революцию, важнее. Ваше внимание в Сирии и других странах, где происходят события «арабской весны» привлекают эти восстания молодежи, которые не выдвигают мужчин, женщин, которые могли бы стать их символом в истории. Такие люди как Ганди и другие символические личности, которые перевернули сознание своих народов, несли в себе идею, сплетение сердец общества. Большинство людей (социально-прогрессивные) вступили или были втянуты в конфессиональную игру, возможно от злости и обиды за те дни и годы, которые провели в тюрьмах в прошлом, были втянуты в игры некоторых региональных режимов (субъектов) и все исключительно с целью сменить существующий в Сирии режим. Так не делается революция и так не создается новое государство”.

Вы ранее указали на влияние роли цивилизационного багажа страны в том, по какому пути пойдет революция. Почему Сирия оказалась в таком положении со всем ее багажом цивилизационного развития? Сыграл ли президент Сирии определенную роль в том, что сирийская революция пошла в таком направлении?

На этот вопрос отвечает алжирский эксперт Сабер Аюб :

“Сирия в любом случае должна была стать успешным примером благодаря тому огромному историческому багажу стран региона Шама (Леванта), куда входит и Сирия и Ливан (и Палестина тоже), не смотря на то, что сирийский народ в течение десятилетий был отстранен от этого цивилизационного наследия. Это, наверное, относится и к соседней Греции, которая когда-то управляла миром. Сегодня Греция в Западной Европе является отсталой страной, не смотря на блестящее прошлое. Наверное, вот эта изоляция аннулирует предыдущие преимущества и лидерство, преимущества наследника достижений цивилизации.
В Сирии по-прежнему огромный культурный багаж, известно, что в странах Шама уровень безграмотности очень низкий. Но, если мы пойдем дальше и сравним весь арабский регион с его населением в 300 млн. человек с небольшой страной в Восточной Европе, которая не так давно сменила режим на демократический, то обнаружим огромную разницу. Например, нынешний уровень культурного развития в Турции несравним с уровнем всех арабских стран вместе взятых”.


Действия правительств в каждом случае играют определенную роль. Например, в Египте бывший президент Мубарак недолго боролся за то, чтобы оставаться в президентском кресле, в отличие от того, что до сегодняшнего дня происходит в Сирии?

Продолжает свой анализ эксперт Сабер Аюб :

“В Сирии к застою ситуации привело то, что революция или восстание в самом начале не победили, так как это произошло в Египте. В Египте режим долго не сопротивлялся, точно так же и в Тунисе. Между тем в Сирии, которая находится в зоне региональных конфликтов, вмешались региональные и мировые обстоятельства, которые смогли затянуть эти восстания”.

Сирия является живым примером того, какую роль может играть вмешательство со стороны других стран. Какую роль сыграло международное вмешательство в определении направления, которое приняла йеменская революция?

Этот тезис развивает йеменский эксперт доктор Самир Аль-Шибани :

“Ситуация в Йемене частично отличается от ситуации в Сирии, Египте или Тунисе по причине тесных связей между соседствующими королевскими режимами с единственной народной республикой, существующей на Аравийском полуострове, а именно Йеменом. Со времени революции 26 сентября 1962 года все силы в этом регионе объединились для того, что бы препятствовать успеху революционных перемен и это выразилось в соглашении, подписанном в феврале 1968 года между королевствами и руководством республики, которое лишило страну права на революционные перемены.
Я уверен, что существует какая-то специфика, но есть еще одно общее обстоятельство во всем, что происходит там. Отдельные конкретные личности в обществах появляются в зависимости от природы перемен. В Египте после того, как стал абсолютно очевиден план братьев-мусульман после выборов был свергнут (отстранен демократически) генерал Шафик (кандидат в президенты), народ Египта объединился для того, чтобы этому воспрепятствовать (он просто олицетворял режим Мубарека и точка). Эта ситуация нашла свое отражение в Тунисе. Движение «Ан-Нагда», которое изменило свою линию поведения после случившегося в Египте, поступило так не потому, что приняло во внимание специфику тунисского общества, а потому, что извлекло урок из произошедшего в Египте. Вмешательство внутри региона, природа борьбы в арабском регионе, к сожалению, приняла отпечаток конфессиональный, идеологический, который на деле не оказывает реального влияния, не вызывает настоящего доверия у избирателя”.


Ливия, казалось, далека от соблазнов межконфессиональной региональной борьбы. Почему мы наблюдаем сейчас этот раскол, установление контроля различных вооруженных группировок, появление двух парламентов и двух правительств? Это судьба ливийской революции?

Подключается к беседе Насер Шокри , бывший советник ООН в Ливии:

“Я считаю, что ливийскую революцию поразило то же, что и другие революции «арабской весны». Отсутствие сознания, отсутствие национального проекта, ошибочное мнение, что нынешняя революция - это окончательный этап в истории борьбы за свободу, за освобождение человека от цепей прогнившего режима. Поэтому все политические силы решили, что пришло время пожинать плоды революции и последующий этап – это период установления государственного суверенитета, господства и контроля государства над всеми основными государственными механизмами. Слабыми точками (звеньями) стали отсутствие всеобщего национального проекта, единого национального взгляда (единой национальной концепции) на будущее развитие страны и реального понимания революционной действительности, законов и философии революции, которые необходимо понять и переварить, прежде чем взаимодействовать с революцией.
Мы ливийцы с самого начала поняли, к сожалению, что у нас есть слабости, перегибы, недостатки у этих всех движений”.


Значит, в этом случае вина ливийского народа в том, что он поднял революцию против Каддафи, не имея единого национального проекта, протянул руку революции и помог избавиться от диктатора, а затем отвернулся от революции?

Тут эксперт Насер Шокри объясняет ситуацию в своей стране:

“Для революций является естественным делом отсутствие единого национального проекта для всех субъектов этого процесса, отсутствие целостного понимания выдвигаемых требований и того, какие требования следует выдвигать. Нет такой революции, которая начинается и имеет ясный четкий политический проект. Все революции развивали свои лозунги, проекты в зависимости от развития реальности (с колес). Однако, нельзя ставить всех в одну корзину. Несомненно, политические партии, их руководство, которые играли руководящие роли в начальный период революции, несут ответственность за порожденные революцией ошибки, конфликты, войны, и вооруженную борьбу. К сожалению, отсутствие единого национального проекта, сознательности, ответственности, понимания природы революции и источников политических проблем, с которыми столкнулся ливийский народ, не позволяет нам сказать, что наш народ свободен от каких либо проблем, в отличие от других народов, где существуют межконфессиональные разногласия. Страна переживает глубочайший раскол, и огонь войны полыхает по всей ее территории. Я хотел бы обратиться к ливийцам. Нам сегодня необходимо сосредоточить свое внимание на нашей стране, на нашем государстве, на создании единого национального проекта, на настоящем и будущем Ливии”.

Как вы считаете, за то, что ситуация в Сирии дошла до такого опасного этапа несет ответственность международное сообщество или соседние с Сирией страны? Или, возможно причиной тому является отсутствие единого национального проекта у тех, кто в самом начале вышел на улицы страны?

На этот заключительный вопрос отвечает редактор Самир Атия :

“Сирийская революция прошла разные этапы на своем пути. На протяжении первых шести месяцев существовал единый национальный проект, мнение о котором совпадало у политиков и молодежи, которая выходила на демонстрации с требованиями предоставления свободы, достоинства, равноправия в стране. Башар Асад поступал преступно, когда направил армию против народа, чем разрушил саму армию, народ и страну. Естественно, революция в любой стране ослабляет эту страну, и она становится объектом, притягательным для деятельности любых региональных сил. Когда произошла французская революция, против нее ополчились все короли, которые стали опасаться за себя и свою власть. В Сирии произошло нечто подобное”.